Жанетта охотно согласилась прийти в нашу студию на откровенный разговор. С первого взгляда трудно представить, сколько испытаний выпало на долю этой женщины – она уже смотрела в глаза смерти, однако желание жить было сильнее.

Обратите внимание Что такое ВИЧ, когда он перерастает в СПИД и все, что нужно знать о тестировании

Теперь Жанетта готова открыто и откровенно говорить о своем прошлом, ведь в Украине тысячи людей скрывают свой ВИЧ-положительный статус либо понятия не имеют, что болеют, или просто не верят в существование этого вируса. Своим примером Жанетта пытается показать другим – ВИЧ и СПИД – это не приговор.

Как вы "познакомились" с болезнью? Как это было?

Я женщина с таким добрым именем Жанетта. Я очень много лет была потребителем "ценных" наркотиков, за что 15 лет отсидела в местах лишения свободы. Я была полностью разрушена как личность, как женщина, как мама. И к чему это меня привело? К полной деградации, не побоюсь этого слова. Но настал момент, когда моя дочь сказала, что не хочет так жить: "Ты, мама, имеешь право на выбор, но можешь идти дальше употреблять наркотики на улице". Я тогда волновалась и очень боялась умереть в каком-нибудь подвале. У меня были такие знакомые, которые умирали или замерзали в подвалах, потому что им дома поставили условие – возвращаться нормальными.

На тот момент мой вес был 38 килограммов. Я пришла в наркологический диспансер, где просто попросила направление в больницу, чтобы мне помогли. Потом пришла в психиатрическую больницу. Там медики смотрели на меня с удивлением, потому что у меня даже не было мышц на руках, все в следах от инъекций. Они просто не знали, что со мной делать. Однако когда кто-то ставит точку, кто-то ставит запятую. Так и получилось. В больнице у меня останавливалось сердце. Я 6 дней была в коме. Меня спасли врачи.

После этого я поехала на реабилитацию в Полтаву. Тогда о реабилитационных центрах я ничего не знала. Я просто знала, что мне там помогут. Меня там окружали девушки, которые рассказывали, что они когда-то были наркоманками, оказывали секс-услуги, злоупотребляли алкоголем. Я смотрела и не верила, думала, что мне врут, потому что не могут такие красивые девушки такими быть.

Жанетта Матвейко / Фото Анастасии Зазуляк, 24 канал

Врачи говорили мне, что я не смогу ходить. У меня разрушены мышцы, были огромные раны на позвоночнике и голове. Это был некроз. Но знаете, я так хотела жить. Я прошла реабилитацию, вернулась во Львов. Как жить неправильно, я знала, но я не хотела с этим соглашаться.

Я начала работать. Работала очень много и впоследствии заболела пневмонией и попала в больницу. После того, как меня выписали, пришла ко мне подруга, как сейчас помню, и предложила пойти с ней в центр СПИДа, сдать анализы. Думаю, пойду и поддержу, чтобы она не волновалась. Сдали мы тест вместе. Через некоторое время мы пришли, ей дали справку, что она здорова, а меня попросили остаться. Тогда мне сказали, что это еще не факт, что у меня СПИД, для подтверждения мои анализы отправили в Киев. Я вышла на улицу и начала убеждать себя: "Нет, такого быть не может. Это какая-то ошибка". Мне месяц не было покоя и постоянно в голове крутилось одно: "Неужели?" Я себя спрашивала, а что будет, если мне скажут, что я ВИЧ-положительная? Что я буду делать? Как я буду жить?

Когда я пришла на консультацию к социальной работнице, она мне сказала, что у меня очень мало клеток CD и очень большая вирусная нагрузка. Меня отправили к врачу со словами, что у меня СПИД IV стадии. У меня в голове были только боль и отчаяние. Я уже видела свои похороны и как плачут мои дети. Я постоянно слышала как эхо: "СПИД", но врача уже не слышала вообще.

Позже меня отправили в Центр легочного здоровья, где мне поставили диагноз – туберкулез. ВИЧ-инфицированные часто болеют заболеваниями легких.

Когда мне сказали, что у меня СПИД, я слышала от врачей, что может быть разное. Но никто не говорил мне, что я умру. Помню, однажды в инфекционной больнице я взяла в руки Библию, подошла к окну и сказала: "Боже, если ты есть, то дай мне шанс пожить и помогать таким, как я". Поэтому я теперь говорю, что с мечтами и желаниями надо быть осторожными.

Интересно Сколько украинцев с ВИЧ живут полноценной жизнью

Слава богу, со временем у меня начал восстанавливаться организм. Я принимала АРТ-терапию и противотуберкулезные препараты. Было тяжело. Были побочные реакции. Когда оглядываюсь назад, я думаю, что если бы этого у меня не было, то я бы не стала тем, кем я являюсь.

Мои дети о болезни узнали первыми. Они меня поддержали. Переживала ли я отчаяние и боль, когда узнала, что я инфицирована? Да. Потому что общество не воспринимало и не воспринимает до сих пор. От своих соседей я не раз слышала, как они говорили на меня "спидозная". Но это просто люди, которые имеют право на личное мнение.

Я знаю одно – сегодня я живу и помогаю другим по одной основной причине – когда-то я встала у окна и попросила у Бога, как умела. Потому что когда человек не хочет жить – врачи бессильны, и это правда.

Есть подозрения, кто мог заразить вас?

Когда человек употребляет инъекционные наркотики, там уже не надо думать, кто тебя мог заразить. Буду говорить о себе, но дело в том, что наркоманы часто не думают о последствиях. Игла и шприц были одними на всех и иногда мы даже не промывали их. Это сейчас иначе – мы раздаем шприцы, чтобы у инъекционных наркоманов хотя бы были чистые, но раньше такого не было.

Также проблемой является смена партнеров. Это безопасный секс, о котором ты не думаешь, так же как и о последствиях. Потому что, знаете, любовь окрыляет, а последствия приносит потом.

Вот после того, как вам сказали о диагнозе и уже прошло какое-то время, то какие новые страхи пришли к вам в жизнь? Чего вы боялись?

Я боялась за то, как меня будет общество принимать и за отношения с мужчинами. Часто думала, что я никому не нужна, такая жертва, знаете ли. Женщина уже никому не нужна, только ее ВИЧ-инфекция, но я разрушаю эти мифы. Потому что со временем я познакомилась со своим мужем. Он у меня был не "положительный", но всегда меня поддерживал. Он у меня очень добрый был. Мы прожили очень счастливо 5 лет, потом у него обнаружили онкологию и он умер. Но мы вместе помогали людям, вместе на акции ходили. Он всегда рядом был со мной, где бы мы ни проводили какие-то консультации, где-то людям помогать – он был первый. Вот это семья.

Как вы ему признались в том, что у вас СПИД? Как он на это отреагировал?

Ну, вы знаете, может, это и неправильно, что не надо всем говорить. Однако в отношении партнера – моя позиция категорична. Я пришла однажды и уравновешенно сказала: "Слушай, у меня есть диагноз. Он мне не мешает жить. Готов ли ты со мной быть рядом не тогда, когда мне хорошо, не тогда, когда я так хорошо выгляжу. А я не знаю, что со временем может быть, потому что это диагноз и болезнь". Он меня поддержал и сказал: "Что у тебя есть, то будем проходить вместе". И он действительно был таким человеком, с которым можно было пройти жизнь, не боясь ничего. Это правда.

В то время у вас было достаточно информации о своей болезни? Или на что вы опирались?

Мне очень помогали такие же люди, как я. Это группа самопомощи, где люди уже прошли какой-то отрезок жизни, принимая АРТ терапию. Где проводили уже консультации "равные – равному". И на меня, наверное, это очень повлияло. Потому что то же самое я сейчас делаю с другими. У меня был вопрос: как быть, что пить, сколько пить, зачем пить? И я всегда спрашивала у тех людей, которые для меня были примером.

Сталкивались ли вы с дискриминацией? Как часто это было, и как это было?

Это было даже в больнице. Когда меня положили туда, я открывала свой статус, потому что это врач, это мое здоровье и я считаю, это правильно.

Когда я при выписке из больницы получила СПИД по месту жительства, в поликлинику, на наблюдения, меня это удивило настолько, что я подхожу к тому врачу и говорю: "Доктор, ну скажите, что вы написали? Неужели вы не знаете кодирования? Хорошо, что я знаю как это делается. Но вы не имеете права без меня открывать мой статус". Ну, доктор пожал плечами, будто он ничего такого не сделал согласно законам Украины. Он сделал, как он сделал, но мне было неприятно.

Такие же вещи неоднократно звучали в поликлинике по месту жительства. Когда мне надо было у врача, не у семейного своего, а у другого, взять справку, и мне говорили: "Ну у вас же СПИД". Тогда я в ответ "А чего же вы так тихо говорите? Ну давайте выйдем в коридор, я могу озвучить. Я открыта и могу сама о себе сказать, но вы же меня не спросили можно ли".

Жанетта Матвейко / Фото Анастасии Зазуляк, 24 канал

Такие мелочи влияют на людей. Потому что когда-то мы не поняли человека, рассказали о нем или услышала санитарка, которая живет в подъезде, рассказала соседям. И это человека может подтолкнуть на то, что он никогда не придет больше в медицинское учреждение на терапию по одной причине: страх, что о нем уже что-то рассказали.

А за пределами больницы какие-то еще, может быть, были случаи такие?

Был у меня такой пример. Мы когда-то делали лагеря для ВИЧ-позитивных и обычных людей и объединяли их. Я взяла своего сына, ему тогда было 15 лет. Он учился в училище, не буду называть номер. Когда он вернулся из лагеря, директор спросил: "Что ты делал с теми "спидозниками"? Пусть твоя мама принесет справку о том, что ты можешь быть в классе". Меня это возмутило. Ну, я вам хочу сказать, это очень негативно повлияло на обучение моего сына. Он бросил училище и сказал: "Я больше туда не пойду". Вот такими мелочами можно оттолкнуть не только родителей, а также и детей от них.

Есть ли какие-то сферы жизни, на которые такие предубеждения влияют больше всего?

Когда ты приходишь к врачу. Я очень волновалась о стоматологии. Я за себя буду говорить. Потому что мне надо было к стоматологу, потому что после наркотиков зубов просто не было. Слава богу, у меня уже есть.

Я пошла в клинику такую популярную, и думаю, я напишу так, как оно есть. "Хронические заболевания". "Принимаете ли вы какие-то лекарства", я написала об АРТ.

Но вы знаете, к моему удивлению, мне даже намека не дали. Вот квалифицированные врачи, которые к каждому, несмотря ни на что, относятся так, как к обычному человеку. И сделали просто идеально. Ну, сегодня я перед вами сижу, слава богу, имею 32 зуба.

Жанетта Матвейко / Фото Анастасии Зазуляк, 24 канал

Существует такое утверждение, что больным СПИДом труднее переносить коронавирус. Болели ли вы и можете ли поделиться таким опытом?

Да, но это индивидуально. Я в прошлом году, в марте, лежала на "кислороде", потому что была тяжело больна. Потому что я всегда относилась скептически к этому и думала: я пью антиретровирусную терапию, меня это пронесет. Случилось не так, как думала. Не пронесло. Оно меня быстро "взяло". Вот я ходила еще в зал, пошла в бассейн и через день я поняла, что что-то со мной не то. Меня очень "морозило". У меня температура была. Вообще, моя нормальная температура 35,5, потому что низкое давление.

И когда ночью проснулась, у меня все тело "горело", мне не хватало воздуха, я начала задыхаться. Я позвала сына, настежь открыла балкон. Ну и я срочно подняла семейного врача, мне выписали ПЦР-тест, чтобы сделала. ПЦР-тест я делала, но он был отрицательным. На следующий день я попала в больницу. Ко мне врач подошла и говорит: будем стараться вытаскивать вас. Слава богу, есть люди, которые меня окружали, которые мне просто помогли.

Через 15 дней я все же встала на ноги. Я Богу очень благодарна, центру легочного здоровья, своей организации, каждому работнику, которые вложили в меня все: свое время, средства. Я очень благодарна, потому что меня действительно не знали, как лечить, потому что у меня возраст уже такой знаете, "очень молодой". И все же ВИЧ-инфицированных не так лечат, как обычного человека. Однако это все индивидуально. Через две недели я пошла на вакцинацию. Да, я уже приняла две вакцины и это миф, что нас чипируют! Это каждого личный выбор. Я уважаю выбор тех, кто не хочет вакцинироваться, но я за то, чтобы люди шли на прививку, потому что такое состояние, в котором я была – я никому не хочу пожелать.

Обратите внимание Как защититься от коронавируса людям с ВИЧ

Вы бы поделили свою жизнь на "до" и "после"?

100%!

Каким бы было "до" в этом контексте?

У меня было "до" – это насилие, унижение, наркотики, проституция, пренебрежение. От меня просто сторонились все. Как личность – просто никакая.

"После" – женщина развивается, учится, самодостаточна, водит машину, общается с людьми, помогает другим. И главное – имеет большое желание жить, очень большое. Для меня возрастного стандарта вообще не существует. Я понимаю, что мне по паспорту 55. Да, я очень радуюсь тому возрасту, который мне Бог подарил, что я могу жить ходить своими ногами, руками обнимать других, слушать. Я кайфую каждый день от того, что я просыпаюсь и нормально себя чувствую. Я сегодня прихожу в зал, я занимаюсь спортом, я за здоровый образ жизни. Ну, это жизнь!

Вы упомянули о самобичевании. Вот когда вам уже поставили диагноз, в какие предубеждения вы сами верили?

Мне казалось, что у меня никого не будет, замуж я не выйду, я никому не нужна, я умру, потому что мне пару месяцев осталось жить. Это то, что я слышала в своей голове. Но потом я начала приходить на собрания групп таких же людей как я – ВИЧ-инфицированных. Некоторые из них уже на протяжении 5–7, а то и больше лет знали о своем диагнозе, но я была в восторге от того, насколько хорошо они выглядят.

Мне просто помогали другие. Сам человек не может просто справиться, когда ставят такой диагноз или болезнь, которую ты не можешь преодолеть. Тогда надо обязательно с кем-то таким объединиться, кто прошел этот путь. Я сегодня делюсь тем, что я проходила, что прохожу. Я ничего не выдумываю, никаких заученных историй. У меня есть личная книга жизни: как предоставлялись секс-услуги, как женщина может нормально жить, иметь партнера, но одного, и одновременно быть защищенной.

Обратите внимание В США впервые одобрили препарат для профилактики ВИЧ: таблетки теперь не нужны

Как вы дошли до того, что нужно рассказывать людям? Потому что обычно проблема в том, что люди боятся открыться. Что вас подтолкнуло к тому, чтобы говорить открыто о себе?

Я наверняка сознательно шла на этот шаг, чтобы услышали люди. Не надо мне хлопать в ладоши, говорить что-то. Мне главное, чтобы кому-то это помогло. Я сегодня могу говорить в прямом эфире и по телефону, я всегда 24/7 открыта, потому что я проходила этот путь и я могу помочь другому. Но есть одно условие – если у человека есть желание.

Вы сотрудничаете с благотворительной организацией "100% жизни". Как вы к ним попали?

Руководитель нашей организации – Дмитрий Тигач – когда увидел, что я помогаю другим, то предложил работать в его организации. Ну, чтобы вы знали, то у меня было большое желание помогать другим. Большое! Я согласилась. И я ни одного дня не жалею о том, что 12 лет я живу организацией, работаю и меня окружает молодая команда. По этой причине я выгляжу так хорошо – потому что возле меня постоянно молодежь.

В чем заключается ваша помощь? Это психологическая поддержка?

Не только. Сегодня мы консультируем девушек, которые предоставляют секс-услуги, раздаем презервативы. Также если у человека туберкулез/ВИЧ. И с близким окружением работаем, я консультирую их. Мы работаем с мультидициплинарной командой и медиками. Врач определяет лечение, мы работаем над психоэмоциональным состоянием человека, поддерживаем. У нас есть психологи и юристы. Моя главная цель, чтобы подбодрить человека и до завершения лечения, чтобы человек был полностью здоровым.

Жанетта Матвейко / Фото Анастасии Зазуляк, 24 канал

Какой бы дали самый первый совет человеку, который узнает о ВИЧ-положительном статусе?

Ну, сегодня ВИЧ – это не приговор, это правда. Для меня это была ступенька для того, чтобы начать жизнь по-новому. Это белый лист на котором можно писать свою историю жизни. Сегодня не надо бояться, потому что ВИЧ-положительные, так же как инсулинозависимые, которые принимают лекарства. Сегодня они доступны. Гепатит, ВИЧ лечат, туберкулез – излечимы. Мы живем в такое время, что это все доступно. И я советую каждому, кто знает, что у него диагноз, или вы еще думаете, что у вас еще ничего нет, слава богу, если нет, но сделать тест всегда нужно. Мы только ходим к врачам, когда уже "припекло" – это неправильно.

Когда человек получил результат теста и тест положительный. Что ему делать?

Если вы пришли к семейному врачу, и вам сделали тест, он положительный, обратитесь на Лысенко, 45 (если вы во Львове) для дальнейшего консультирования и сопровождения. Там есть социальные работники, наши девушки и парни, которые вам помогут пройти те барьеры и препятствия. Они будут с вами бок о бок проходить тот путь, пока вы не станете уже немножко крепче и будете принимать АРТ-терапию.

"100% жизни"


Благотворительная пациентская организация, которая занимается адвокацией и обеспечением качественным лечением ВИЧ-позитивных людей. Ранее была известна как Всеукраинская сеть людей, живущих с ВИЧ/СПИД. Ее основали в 2001 году.

Если бы у вас была возможность вернуться в то время, когда вы только узнали о своей болезни или только, скажем так, меняли свою жизнь, что бы вы себе сказали?

Я бы, наверное, когда меняла свою жизнь, то есть проходила реабилитацию, то бы сказала то же самое, что и повторяю сейчас: "Я никогда не перестану помогать другим".

Где вы берете силы для этого?

Ну, я вам хочу сказать у меня есть церковь и священник. И когда я уже понимаю, что у меня эмоциональное выгорание, я прихожу и говорю: "Мне надо с вами поговорить", потому что я человек. Я могу эмоционально, психологически отдаваться, опустошать себя же. Это правда. Каждое утро я молюсь. Даже когда я лежала в больнице, у меня в палате девушки слышали молитву, и все начинали молиться утром. После этого нас троих выписали в удовлетворительном состоянии. Также у меня есть психотерапевт. Разговор со специалистом и церковь дают мне силы.

Как СПИД изменил вашу жизнь? Могли бы вы сейчас так однозначно сказать, что все плохо или наоборот, знаете, в этом есть и плюсы?

Знаете, я прокручиваю эту пленку постоянно уже 12 лет. Я не жалею ни одного дня, что мне написали диагноз СПИД, что женщина я "позитивная". Я действительно позитивная. Это в корне изменило мою жизнь. Оно меня вдохновляло каждый день, потому что меня окружали такие же люди. Я бы сама, наверное, никогда бы не справилась. Потому, что в таком состоянии жизнь может очень плохо измениться. Это – употребление наркотиков, алкоголь или еще что-то.

Жанетта Матвейко / Фото Анастасии Зазуляк, 24 канал

Мне было легко? Нет. Но я очень благодарна, что мне Бог дает силы 12 лет проходить этот путь, наверное, вдохновляясь другими. Когда ты вкладывался и ты видишь как рождаются здоровые дети от ВИЧ-инфицированных родителей, когда ты видишь в утробе мамы этого ребеночка на УЗИ, ты просто радуешься.

Я благодарна за то, что я проходила и прохожу, и за то, что я живу. Мой девиз сегодня – никогда не сдаваться. Никогда. И вообще мне вообще очень нравится песня “Я не сдамся без боя”.

К теме Родила здорового ребенка: женщина полностью излечилась от ВИЧ без всякого лечения

Надо признать, что и вы одна из тех людей, которые могут вдохновлять других.

Спасибо, но, знаете, не всегда так было. Были разные моменты, такое переживание эмоциональное: как будут воспринимать. Ну, это поэтапно было. Сейчас я могу так откровенно говорить, а когда только пришла, у меня был страх: как я буду говорить, что я была женщиной легкого поведения? Ну как? Стереотипы разрушать.

Я ходила в университеты, как живая книжка была, знаете ли. И люди начали воспринимать, слава богу. Тем, кем я была, мне наверняка надо помогать другим, кто в таком же состоянии. Я приходила в тюрьмы, там своя была. Говорила там: "Я не из сплетен знаю, что такое тюрьма. Я по коридорам ходила, но сегодня пришла говорить о другом. Сказать, что у вас есть шанс, у вас есть выбор. И мы всегда рады будем вам помогать. Вас там ждут ваши родные, близкие. Даже, если тебя никто не ждет. Все равно, тебя окружение ждет и ищет, но нормальное окружение.

Мы собрали самые распространенные утверждения о ВИЧ и СПИДе. Вот некоторые из них. Например, ВИЧ передается через воздух, поцелуи и рукопожатия.

Миф. Потому что ВИЧ передается от матери к ребенку, через секс и через кровь.

ВИЧ – это то же самое, что СПИД.

Нет. Потому, что ВИЧ – это начальная стадия, а уже в дальнейших стадиях переходит в СПИД.

А были ли в вашей жизни какие-то предубеждения. Которые вас связывали сначала с ВИЧ, а потом СПИДом?

У меня было такое, знаете ли, непонимание, когда мне поставили СПИД IV стадии. Я еще говорю врачу: "Почему вы мне ВИЧ не пишете?". Он говорит: "Потому что у вас уже не ВИЧ". Это определяет врач, когда у тебя вирусная нагрузка или состояние здоровья у тебя ухудшается и влечет за собой сопутствующие болезни.

Все ВИЧ-положительные люди покрываются пятнами по всему телу.

Нет. Никто ничем не покрывается. Потому, что ВИЧ – это не покрытие пятнами. Это внутреннее. Это, во-первых, сопутствующая болезнь, это инфекционная болезнь. Не покрываемся мы пятнами.

Людям с ВИЧ-положительным статусом нельзя заниматься сексом.

Опровергаю. Сексом ВИЧ-положительным надо заниматься вдвое больше!

Возможно, расскажете из своей жизни были ли у вас какие-то внутренние свои переживания после того как вам сказали о вашем статусе. Как вам строить отношения с мужчинами?

Я хочу опровергнуть это. Потому что женщинам и мужчинам ВИЧ-положительным можно и нужно заниматься сексом, но перед этим нужно предупредить партнера о том, что это возможно лишь с презервативами. Я советую быть честными в отношениях. Потому что я этот барьер перешла, когда я мужу своему будущему сказала, что я ВИЧ-положительная. И его реакция повлияла на дальнейшую нашу свадьбу. И я довольна.

ВИЧ болеют только наркоманы или представители ЛГБТ-сообщества.

Нет. К сожалению, ВИЧ – болеют все. Потому что ВИЧ не выбирает сегодня. А то, что болеют наркоманы или гомосексуалы, я опровергаю. Я была инъекционной наркоманкой, а рядом со мной, когда я узнала, был парень, который в милиции тогда работал. Я думаю, что это не повлияло на то, что он ВИЧ-положительный и я ВИЧ-положительная.

ВИЧ-положительные люди не могут иметь детей.

Неправда. ВИЧ-позитивные люди рожают здоровых детей. Когда папа или мама принимают АРТ-терапию, ребенок рождается и стоит на учете в инфекционном контроле 28 дней. Ему или ей дают АРТ-терапию для профилактики. Этот ребеночек потом снимают с учета. Он вполне здоров и имеет право на жизнь, на здоровье и так далее.

Разговор с Жанеттой Матвейко / Фото Анастасии Зазуляк, 24 канал

ВИЧ, как и любой вирус, можно обнаружить по симптомам.

Ну, я хочу вам сказать, ВИЧ является бессимптомным, поэтому так трудно отследить. Это уже по состоянию здоровья, но тест может выявить. Не ждать симптомов, когда оно проявится. Я советую каждому, несмотря на возраст, делать тест и сдавать анализы.

Как раз насчет тестов. Если человек получает отрицательный результат теста – экспресс или любого другого – это уже является гарантией того, что человек не ВИЧ-инфицирован?

Неправда. Потому, что может быть "окно". Например, человек занимался безопасным сексом с любимым человеком, презерватив разорвался и какой-то вирус зашел. Он может не сразу показываться. Даже если ты тест сделал и он отрицательный, через несколько месяцев он может быть положительным.

Люди с ВИЧ не могут жить нормальной жизнью и неизбежно умирают.

Ну, хочу вам сказать, умирать мы будем все даже без ВИЧ, но долгую жизнь можно прожить с положительным статусом. Я на личном примере, скажу вам: я уже пью АРТ-терапию 12 лет. Сегодня я себя чувствую очень хорошо. Я вакцинировалась против коронавируса и у меня, наверное, еще хватит здоровья жить долго и счастливо.

ВИЧ не существует, это вымысел фармакологических компаний.

Ну, я вам хочу сказать, что так же и ковид не существует (смеется). Давайте будем честными, я так же скептически относилась к ковиду. Ну, и что, что ковид? Это, наверное, придумали, чтобы просто сели все в квартирах и сидели. Слушайте, ну, я знаю по себе. Мое состояние говорило совсем другое. И лечение не просто от гриппа было, а лечение довольно дорогостоящее. Я помню, как я дышала. Потому, что я болела туберкулезом, и я знаю как это. Это не обычная была болезнь.

И когда говорят: ВИЧ не существует, я вспоминаю, что так же подумала, когда мне сказали диагноз. Я пришла домой и говорю: "У меня СПИД". Моя дочь говорит: "Ну, и чего ты тогда будишь его?" Она тоже посмеялась, но, вы знаете, со временем я начала себя плохо чувствовать. Я начала отслеживать, что же мне делать, а когда к этому ВИЧ СПИДу добавился еще и туберкулез, я поняла, что мне надо услышать врачей и принимать от них или лечение или самолечение дома, где ты будешь умирать. Других вариантов нет.